Итак, в восемь часов вечера, первого января я оказался в Каире. В отличие от Асуана, этот междугородный автобус нельзя было зафрахтовать на трансферт непосредственно до дверей отеля, поэтому выйти мне пришлось на конечной остановке – на площади Рамзеса. Выйдя из автобуса я оглянулся вокруг, и совершенно офигел.

Во-первых, шум. Шум был неимоверным, в нем слились гудки сотен автомобилей, автобусов, и крики десятков людей. Потом уже я узнал, что крики на центральной автобусно-железнодорожной площади столицы имеют не хаотический характер, а конкретную природу. На этой площади останавливается множество маршрутных такси, а в каждом такси есть должность штатного кричальщика – человека, громко и постоянно выкрикивающего на арабском языке название пункта назначения.

Фото 1. Площадь Рамзеса. Снято уже утром следующего дня, при свете солнца. На заднем плане видна эстакада.

И действительно, если прислушаться, можно услышать, как один голос кричит: «Аба-аба-аба-аба» – стало быть, его такси идет в Абу. А другой наоборот, выкрикивает другое слово. Но тоже постоянно и практически без интонаций. Очень удобно, если разобраться.

Тем временем сумерки сгустились уже совершенно, похолодало – самое время было устраиваться на ночлег. Для этого у меня было припасено заветное слово еще с Луксора – Pansion Roma. Так назывался отель, который порекомендовал мне луксорский мистер Карм. И находился он на улице Mohamad Farid. Улица Мухамеда Фарида, стало быть. Фарид, так Фарид – решил я. Главное, чтобы Мухамед сей был не слишком далеко от центра. Освоение местного общественного транспорта я решил оставить на утро следующего дня, вечером же воспользовавшись такси.

Фото 2. Схема центра Каира с моими по нему вечерними перемещениями. Красным цветом отмечен путь на такси, сиреневым – пешеходная прогулка.

Которую и поймал тут же, не сходя с площади Рамзеса. Но сначала – пара слов о том, как устроено дорожное движение в Каире. Первое, что меня поразило, когда я вышел из автобуса на площадь – оказалась транспортная развязка прямо у меня над головой. Площадь у каирского железнодорожного вокзала очень похожа на площадь у Савеловского вокзала в Москве, если кто знает это место. Прямо над ней проходит эстакада, по которой едет автотранспорт, а над этой эстакадой – еще одна, и с обоих идут несколько заворачивающих съездов, пандусов с одного уровня на другой, каких-то мостиков – совершенно феерическое зрелище.

И если бы это было так только на одной площади Рамзеса! Побродив на следующий день по городу, я увидел множество подобных двух- и трехуровневых дорог, проходящих прямо через исторический центр. Впечатление было такое же, если бы вы увидели, как от гостиницы «Метрополь» поднимается вверх автомобильный мост, тянется к Лубянке, и на высоте метров пятнадцати плавно заворачивает к Политехническому музею. Аккурат над Феликсом. Это было грандиозно! Наверное благодаря таким решениям в Каире практически нет пробок. Конечно дороги в городе не пустынны, по ним в обе стороны несется огромное количество машин, мотоциклов, велосипедов, автобусов – но при этом кое-где я видел только замедление движения, которое впрочем довольно быстро рассасывалось. И поверх всего этого – мосты, развязки, лесенки для пешеходов...

Но вернемся в тот прохладный январский вечер. Еще когда я шел по улице от площади, меня удивило большое количество полицейских машин, буквально каждая вторая легковушка. Подняв же руку, я поймал... первую же полицейскую машину! Оказалось, что это такси в Каире так раскрашены. А вы бы что подумали, увидев автомобиль без всяческих слов на тему таксопарка, без шашечек по бортам, а напротив – с выкрашенными в черный цвет крышей и дверьми, и в белый цвет – крыльями, капотом и багажником? У меня в памяти почему-то всплыло слово «карабинеры» и юркие фиаты, носящиеся с визгом по узеньким сицилийским улочкам.

Сидевший внутри такси карабинер, как оказалось, не понимал ни слова по-английски. Тоже факт, достойный упоминания. В стране, где на английском худо-бедно изъясняется каждый торговец в самой забытой туристами деревушке, единственной категорией граждан, не понимавших ни слова, оказались каирские таксисты. На следующий день я пользовался их услугами неоднократно, но слово «отель» (!) они понимать отказывались. Дошло до того, что менеджер гостиницы, где я остановился, написал на обратной стороне визитки несколько слов на арабском специально для водителей такси. Чтобы, значит, они понимали, куда меня везти.

Худо-бедно, ориентируясь по карте города из путеводителя, найдя на ней самостоятельно улицу искомого Фарида, я направил таксиста в нужную сторону. «Pansion Roma!” – воскликнул он, завидев нужную вывеску, и получив заветную пятерку, укатил. Я же отправился в отель.

Отель представлял собой типичный египетский пансион. То есть один этаж офисно-жилого здания, переоборудованный под номера. Интерьер вестибюля меня порадовал – чистенько, с претензией на деревянно-лепную роскошь. Я, соорудив на лице соответствующее выражение, подошел к молодому человеку, сидевшему за стойкой и произнес длинную грамматически выверенную фразу о том, что я турист из России, живу в Хургаде, специально приехал в Каир, чтобы посмотреть столицу и знаменитые пирамиды, что будучи в Луксоре. Я останавливался в такой-то гостинице, менеджер которой – мистер Карм, вы наверное знаете его – порекомендовал мне, если я окажусь в Каире, непременно остановиться в замечательном отеле Pansion Roma.

Парень за стойкой выслушал мою тираду, не проронив ни слова. Потом выдержал паузу и произнес: «К сожалению, мест нет». Блин, а я так старался... Но тут же он сообщил мне названия еще парочки отелей неподалеку, и нарисовал схемку, как их найти. Вообще, на улице Фарида этих отелей-пансионов оказалось – чуть ли не в каждом здании! Поэтому уже в третьем по счету отеле нашлись и места, и комната с удобствами, и даже с балкончиком.

Менеджер отеля наверняка знал заранее реакцию постояльцев выделенного мне номера, поэтому, не говоря ни слова, сразу же направился к забранным жалюзи дверцам в торце комнаты и распахнул их со словами: «Вы только выгляните наружу!» Я выглянул... и оторопел еще раз.

Центральная часть города застроена плотно и специфично – в основном домами английской колониальной постройки начала двадцатого века. В отличие от раскрашенной в пастельно-лужковские тона Москвы, Каир так и остается темно-серым, мрачным, с потеками на стенах, пятнами краски – совершенно очаровательным городом. Дома на центральных улицах огромные. Семь, восемь, десять этажей, и каждый этаж – метров по пять высоты, то есть выглядят они, как хорошие двенадцатиэтажки. Сложной формы фасады, бесчисленные эркеры, балкончики, капители и русты на стенах. Всё это громоздится над узкими улочками, уходит вверх, в темное звездное небо, практически соприкасаясь там наверху. Подъезды домов напомнили мне дома в центре Санкт-Петербурга, где-нибудь на Литейном. Мрачные, темные, с лязгающими решетчатыми лифтами, не менявшимися со времени постройки самих домов.

Фото 3. Визитная карточка отеля Pension Select. Восьмой этаж, два лифта.

Гостиница Pension Select, в которой я в конце концов остановился, располагалась на верхнем – восьмом – этаже старинного английского здания, возвышавшегося над остальными постройками вокруг. По периметру здания на каждом этаже шел балкончик сантиметров семьдесят шириной, под которым... Я вышел на балкон, глянул вниз, и увидел прямо под ногами, глубоко-глубоко реку огня, улицу Мухамеда Фарида. Освещение в Каире находится преимущественно на уровне пешеходов. Домов с подсветкой немного, поэтому наверху довольно темно, плюс еще чернющее уже в семь часов вечера арабское южное небо.

Постояв немного и сделав пару кадров, я вернулся в номер. Гостиница мне определено понравилась, хоть и провести в ней мне предстояло всего одну ночь.

Фото 4. Вид вниз с балкона гостиницы Pension Select.

Но перед тем, как уснуть, хорошо было бы перекусить. Поэтому, оставив и своей походной барсетки самые тяжелые предметы – зарядники для телефона и фотоаппарата – в номере, я отправился вниз, к цивилизации.

* * * * *

Поужинать в столице Египта я решил со столичным размахом. Если до этого я питался максимально аутентично – то есть в тех же заведениях, что и местное население. В Каире же я пошел по пути туристско-экзотическому, выбрав на ужин ресторан Felfela. Felfela – место, специально созданное для туристов. И внутри оно имеет довольно искусственный интерьер – под потолком деревянные решетки, открытый огонь для приготовления пищи на глазах посетителей, газовые обогревающие горелки и тому подобная мишура для неискушенных. Оглядевшись вокруг и усмехнувшись про себя, я заказал побольше всяких арабских вкусностей и не торопясь поужинал, сидя посреди шумных толп белых европейских людей.

Фото 5. Интерьер ресторана Felfela.

Выйдя на улицу, я уже было собрался назад домой в отель. Но этому предшествовала еще одна забавная встреча на улице.

Подойдя к площади Эль Фалаки, я остановился на перекрестке, разглядывая схему города и находя по ней ориентиры. Хэлломафренд! – услышал я позади. – Помочь чем-нибудь? Вы потеряли нужное направление? Да нет, - говорю я. – Вроде как сориентировался, только вот никак не могу найти в вашем Каире нормальный супермаркет. «Супермаркет?» – переспросил незнакомец, черноусый араб в хорошем костюме и при галстуке (!). «Ну да, супермаркет. Рамстор, Ашан, Седьмой континент на худой конец – какой-нибудь здоровенный магазин, в котором всё есть, тележки и длинный ряд касс.» – ответил я, между делом думая, что может делать араб в костюме в десять чесов вечера посреди Каира первого января. Не иначе как работать. Арабский вариант Чебурашки, работает рекламой, привлекает внимание прохожих. Ну-ну, посмотрим на его таланты...

«Как же! – воскликнул усатый чебурашка, - у нас тут супермаркеты буквально на каждом шагу! Пойдемте, я вас провожу, тут за углом как раз супермаркет!» Я хмыкнул, он улыбнулся, потихоньку мы отправились за угол. Заранее я решил, что усатому от меня не перепадет сегодня ни фунта. Пусть привыкает помогать туристам бесплатно.

Супермаркет обнаружился за углом, как и обещал чебурашка. Лавка на первом этаже здания, шириной метра четыре, и глубиной метра в два, с еще одним усатым внутри, и стандартным для такой лавки набором продуктов в двадцать наименований. Рядом с ним даже захудалая «Копейка» выглядела гигантским торговым центром. Поняв, что меня в очередной раз обдурили, и что следующая стадия – выманивание денег – наступит незамедлительно, я перешел в нападение. А где, говорю, лезвия Жиллет? Мне сегодня вечером непременно нужна кассета с пятью лезвиями, и именно Жиллет, поскольку у меня станок этой же фирмы, а Шик к ней не подходит по разъемам. И, мол, в любом супермаркете такие лезвия продаются аккурат возле касс, а тут даже кассового аппарата не видно, куда-смотрит-арабская-налоговая-инспекция-уже.

Усатый – тот, который мой, а не тот, что стоял за прилавком, смутился на минуту – лезвий действительно же не было! – но тут же принял исходный дружелюбно-маркетинговый вид и сообщил, что через улицу находится другой супермаркет, чуть побольше, и что там наверняка найдутся искомые лезвия, хотя лично он не видит в них для меня необходимости, поскольку моя щетинка очень даже облагородила и без того аристократические черты.

У третьего супермаркета – я заблаговременно осведомился у своего спутника, не отнимаю ли у него времени, и получил в ответ махание руками и слова про гостеприимство и бессребреничество – наконец началось окучивание клиента. Чебурашка вдруг сообщил, что он бизнесмен, у него серьезный бизнес и два магазина, в одном продаются папирусы, в другом – эфирные масла. Кто бы мог подумать, какая неожиданность! Нет, ну почему кругом такие совпадения – как вдруг кто-то хочет тебе подсказать дорогу на улице, так у него сразу же оказывается собственный магазинчик буквально совершенно неподалеку. Чудеса да и только.

Высказав на лице всю эту гамму эмоций, я послушно направился в первый магазинчик – по продаже эфирным масел. Чебурашка уже сверкал глазами и потирал ладони. Склеил клиента буквально за пять минут, щас он мне продаст какую-нибудь пахучую гадость. Счас продаст, щас-щас. Счаззз! В магазинчике на первом этаже уже сидела парочка скандинавского вида туристов, которых несколько минут назад я видел в ресторане. Кивнув им, как старым знакомым и понимающе улыбнувшись – мол, и вас не миновала чаша сия... – я последовал за хозяином на второй этаж. Окучивание клиентов разводилось по кабинетам, чтобы не мешать друг дружке. На каждого посетителя приходилось по два менеджера. Перекрестный допрос, да и только.

Наверху за меня взялись двое – усатый и еще один, представившийся менеджером, лысоватый мальчик лет двадцати пяти. Роли между ними распределились несколько забавно: лысый старался показать себя перед хозяином с лучшей стороны, поэтому наседал на меня напористо, но достаточно неумно. Усатый же играл роль умного полицейского, перемигиванием с которым можно было поиронизировать над напором молодого и даже привлечь на свою сторону, чтобы дать молодому отпор. При этом лысый совершенно «не сек фишку». Робот не может думать, он работает по программе. Наблюдать это было довольно забавно.

Можно конечно сказать, что вот мол, как они, бедные арабские труженики, распинаются перед белым господином, а он не удосужился у них ничего купить, а только посмеивается снисходительно над бедными полуграмотными ребятами из глубинки. Но это не так. Дело в том, что я хоть и был настроен решительно против уличных зазывал и принципиально у них ничего не покупал – не люблю я вот такого вот нахрапистого навязывания того, в чем не испытываю потребности, но в тоже время я готов заплатить им за доставленное удовольствие. Разумеется не чаевыми, а покупкой у них ненужного в общем-то товара. А удовольствие это в первую очередь я мог получить от хорошей, качественной актерской игры продавца. Драма, которой уже тысячи лет – диалог продавца и покупателя – изначально есть поединок актеров. Продавец должен убедить купить его товар, и для этого у него в арсенале должно быть множество инструментов давления, которые он выбирает, исходя из мгновенно определенного психотипа покупателя, играя затем на его мечтах и комплексах. Подростку продается дорогая зажигалка под предлогом, что с ней он выделится среди сверстников и будет выглядеть настоящим мужчиной. Девушке-дурнушке – цветастая заколка, способная отвлечь внимание парней от ее заурядного личика. Преуспевающему внешне мужчине, на самом деле полному комплексов внутри – что-то, что подчеркнет его и без того десятки раз подчеркнутую мужественность, и так далее. Угадывание психотипа покупателя – талант продавца. А талант игрока-покупателя – изобразить мнимый психотип, выслушать нацеленную именно на него стратегию продавца, а затем – поменять стратегию и обернуть преимущества товара в его недостатки с новой точки зрения, и тем самым сбить его цену.

Впрочем, что-то я увлекся.

Вот. Здесь же такими тонкостями и не пахло. А пахло наоборот эфирными ароматами, в которых я никогда не разбирался, и за которые платить их трех- или пятикратную стоимость я не собирался. Поэтому побеседовав с обоими представителями сообщества продавцов, я раскланялся с ними, и клятвенно заверил, что сегодня – ну вот никак, сегодня не могу, нужно еще на поездку к пирамидам оставить немного денег, а вот завтра, после пирамид – прямиком к вам, прямиком. Просто никуда не сворачивая. Вы же верите, что я вернусь, ведь правда?

Они никогда не возвращаются.. – прочитал я на лицах торговцев. И отправился в гостиницу.

Назавтра у меня были запланированы Пирамиды, по сравнению с которыми всё предшествующее им было сущей суетой.

* * *

К.Р. Дорога в Каир <<<<< Читать ранее | Читать далее >>>>> Её звали Джулией

* * *