Однако, вечерело. Темнеет в Египте стремительно, поскольку солнце в отличие от наших северных мест опускается за горизонт почти вертикально. Двадцать минут – и вокруг воцаряется кромешная тьма, а слова братьев Стругацких о том, как выключают солнце, уже не воспринимаются столь фантастически. Вместе с солнцем выключили и обогрев, и холодать начало столь же быстро. Наступало время выдвигаться в путь.

Еще днем я узнал на железнодорожной станции время отправления поеза в Луксор – шесть часов вечера. Скоротав час на набережной Нила в кафе, я направился на станцию. В кассе мне на хорошем английском объяснили, что в поезде до Луксора есть две категории мест – первого и второго класса – и поинтересовались, каким классом желает путешествовать белый господин? Господин, стараясь не терять лицо, выразил желание путешествовать вторым классом, и весь его вид показывал, что это желание является не более чем прихотью, желанием познакомиться в дороге с условиями путешествия простых египетских труженников.

Фото 1. Вид железнодорожного билета Асуан – Луксор для путешествующих вторым классом. По сранению с билетом на автобус, здесь можно понять, восколько и куда отправляется транспортное средство.

Справа от касс меня позабавило одон мимолетное зрелище. По периметру всего зала станции на высоте метров пяти проходит небольшой балкончик. На нем расположены вездесущие кондиционеры, динамики громкоговорительного вещания, и два полицейских, вооруженнных автоматами Калашникова. Располагаются они по углам станции, прикрыты балкончиком и снизу почти незаметны. Для чего они там находятся – для защиты мирного арабского населения от арабских же террористов или для пресечения беспорядков при продаже билетов – непонятно. К их чести нужно сказать, что продажа билетов происходит чинно и спокойно, вопреки словам путеводителя, предрекавшего давку и толкание локтями.

Балкончик имеет еще одну примечательную особенность – от него к крыше тянутся вертикальные пилоны, между которыми нет стекла (кстати, непонятно, как в продуваемом сквозняками здании работают кондиционеры? Хотя возможно, его герметизируют на лето..), и между пилонами имеется небольшое пространство, как раз для протискивания одного полицейского. Что они регулярно и совершают, придерживаясь при этом за края пилонов. Места, за которые полицеские держатся при этом своим натруженными ладонями, выделяются темным оттенком.

Фото 2. Балкон, пилоны, громкоговоритель, полицейский и кондиционер. Темным цветом на пилонах обозначены места, за которые держится полицейский при протискивании.

Кстати, про кондиционеры в Египте. Их настолько много вокруг – в отелях, на станциях, в автобусах и ресторанах – и они настолько естественно вписываются в интерьер помещений и внешнюю отделку зданий, что возникает ощущение, будто они там были всегда. Если не со времен пирамид, то уж при англичанах точно были. Этому также способствует внешний вид устройств, в большинстве своем обшарпанных, потертых и покрытых пылью пустыни. И бедуин, размахивающий пультом управления этим прибором, не кажется иллюстрацией в стиле «Старое и новое, или кто кого?». Заскорузлые пальцы привычно сжимают не менее заскорузлый пульт с выгоревшими на солнце кнопками. Наверное, лет через двадцать и в Москве от кондиционеров будет такое же ощущение.

Но вот билет на поезд уже оказался у меня в руках, до отхода было несколько минут, и я оглядывался вокруг, выискивая еще что-нибудь примечательное для фотосъемки. Снаружи снимать было уже прохладно, и внутри взгляд уже зацепился за вывеску SLEEPING CAR OFFICE. Размышляя о вариантах происхождения этого шевра брендинга, я навел камеру на вывеску и находившееся под ним окно собственно офиса спящих автомобилей, как вдруг... увидел в нем зракомую фигуру. Несомненно, это был мой утренний знакомый, Бишу!

Фото 3. Sleeping Car Office. Офис спящих автомобилеей, третий справа – мой знакомый по имени Бишу.

Я обрадовался ему, как родному. Шутка ли, случайно встретиться в тот же день за несколько минут до отправления поезда! Я подошел к окошку и помахал ему. Бишу, заметив меня, обрадовался не меньше, чем я. Мне даже стало неменого стыдно, что я не воспользовался утром его услугами и не поехал к плотине в его обществе. Справившись с этими расточительскими эмоциями, я сообщил ему, что да, уже уезжаю, уже поезд в Луксор, к сожалению не получилось днем, нет съездил конечно, да здорово, и плотина и монумент, а вот кстати, нет ли у него какой-нибудь дружественной гостинницы в Луксоре, чтобы переночевать, и не так как в отеле El Amir, а так, как в подконтрольных ему гостинницах?

Ох, конечно есть, а какже, да ты только скажи, что тебя направил Бишу, тебя там встретят как родного, напоят, уложат и колыбельную споют! – ответил мне Бишу. И дал мне визитку отеля Saint Mina Hotel, на которой написал заветное имя луксорского ивана николаевича, к которому нужно представиться «от николая ивановича». Луксорского отелевладельца звали Mr. Karm, и он оказался не менее интересным типом, что и этот асуанский туристоохмуритель.

Расставаться с Бишу было жаль, но ветер странствий уже приятно холодил мой позвоночник, а поезд подали под посадку. Ну-с, посмотрим, что у них тут за плацкарт... – подумал я, выходя на перрон.

Снаружи перрон был похож на Ярославский вокзал в Москве, и на Ленинградский, и на Казанский до его реконструкции – то есть являл собой интернациональный приемник поездов и отправитель пассажиров. Видимо, стандартизация ширины железнодорожной колеи и рельсового профиля вызывает цепь последующих совпадений – дизайн вагонов и локомотивов, высота контактного провода, ширина перронов и погон на форме начальника поезда – всё приходит к единому виду, будь вы в Бамако или Конотопе.

Обнаруженный мной шестой вагон оказался вовсе не таким второклассным, как я мог ожидать. Для начала представьте себе туриста Бельгии, намеревающегося проехать на поезде из, допустим, Волгограда в Саратов вторым классом. В моем представлении классность поездов в России распределяется так: первый класс – купе, второй – плацкарт, третий – общий вагон. И вот в этот плацкарт с синими полками и прокисшими занавесками, в неистребимый аромат горелого угля, дешевых сигарет и сортира, вселяется наш турист с растерянной улыбкой на лице, протискивается между клетчатых баулов и орущих детей, выпивающих дембелей и коренастых челноков неопределенного пола и возраста. Примерно к этому я и готовился, мысленно уже завидуя пассажирам класса первого, с бархатными портьерами на окнах и никелированными замками гэдээровских вагонов.

Но в действительности всё оказалось гораздо приятнее. Вагон напоминал ленинградскую «Аврору» – самолетные мягкие кресла, расстояние между рядами которых позволяло не только закинуть ногу на ногу, но и оставляло перед коленями пространство для проход на соседнее кресло. В каждом вагоне – довольно приличного вида туалет. Правда сквозь его слив так же были видны мелькающие шпалы, как и в вагонах советского производства – братья-арабы относились к матери-пустыне не менее пренебрежительно, как и наши к своим железнодорожным просторам.

Фото 4. Крючок для одежды в поезде Асуан – Луксор. Изгиб его выполнен так, что можно вешать одежду, не имеющую «вешалочной петельки» на загривке.

Фото 5. Вид арабского вагона второго класса.

В пути вежливый проводник принес чай. О чае и кофе в Египте, кстати, отдельная история. Если в баре/ресторане/поезде заказываешь чай, просто чай, не конкретирируя марку и год урожая, то приносят тебе... правильно, Lipton Yellow Label в пакетике. Если кофе, просто кофе – то в чашке будет не что иное, как Nescafe. А чтобы получить что-нибудь местное, вареный кофе по-арабски, или красный египетский чай каркаде – обязательно нужно сказать, что тебе нужна не пыль в пакетике со скрепкой, а local tea – то есть местный чай. Поначалу такое засилье международных марок удивляет, и даже разочаровывает. Действительно, стоило уезжать с родины черти-куда, чтобы получить стандартный офисный кофе...

Фото 6. Чай по умолчанию - чай Lipton.

Фото 7. Прибытие поезда на ст. Луксор Егпт. Ж.-д. Туристы и арабы перемешались в железнодорожной толчее.

Тем временем путешествие по железной дороге подходило к концу, поезд прибывает на второй путь, нумерация вагонов начинается с первого вагона – всё совсем как у нас. Европейского вида туристов оказалось в поезде не в пример больше, чем в автобусе, которым я прибыл из Хургады в Асуан – почти половина пассажиров. Радостно высыпав на перрон ст. Луксор Ег.ж-д., мы начали разбредаться по темным улочкам в поисках своих отелей. Я направился направо, разыскивая улицу с гордым названиеим «Клеопатра-стрит».

Исходя из моего опыта в арабской топонимике, искать ее следовало ближе к окраинным трущобам.

* * *

К.Р. Плотина <<<<< Читать ранее | Читать далее >>>>> К.Р. Русский с бельгийцем

* * *